Лиепа в кубе
Это было во вторник - 31 октября. Народ, наученный горьким опытом посещения «Байконура» за последнюю пару лет, потянулся в Кремль уже в шесть вечера. Подготовленные люди знают, что мало прибыть на взятие Кутафьей башни за час до начала представления, желательно ещё и запастись провиантом, ибо попавшим внутрь без очереди придётся ждать начала около двух часов – любой гала-концерт задерживают минимум на полчаса, а то и на час. Буфет, конечно, там есть, но цены в буфете нынче не те, что в советские времена.

В этот раз, дабы не раздражать публику, примерно в половине восьмого в зале, на двух больших экранах начали демонстрировать новый документальный фильм «Марис», премьера которого еще впереди (еще один кусок фильма показывали в антракте). Сам же концерт, посвященный 70-летию Мариса Лиепы, начался около восьми часов, когда на авансцену вышел Андрис Лиепа. Он так быстро поблагодарил всех организаторов-спонсоров и удалился, что чего-то стало даже не хватать (всяких торжественных речей).

Предполагалось, что первое отделение будет классическим, а второе – современным. В общем-то, выдержать это направление почти удалось. 

Первое отделение открылось непременным лазерным шоу, после которого на сцену вышла Илзе Лиепа в белом платье. Она исполнила «Посвящение…» Ю.Сморигинаса на музыку из «Спартака», бегала по сцене взад-вперед, заламывая руки и не произведя, лично на меня, никакого впечатления. Впрочем, возможно всё внимание отвлекло художественное решение сценического декора. Задник представлял из себя двухслойную конструкцию, изображающую фасад Большой театр во весь рост сценического портала ГКД: первый слой – колонны, второй – все остальное. Эти два слоя декораций были экранами, на которые давалось разное изображение во время номеров. Черные кулисы с фермами софитов были утыканы иллюминацией, создающей эффект звездного неба. Переливы света были красочно-фантастическими, что придавало исполняемым номерам некую конфетность и объемность. Но был во всём этом и один раздражающий момент – верхние софиты, которые ярко освещали весь партер.

Мариинскую классику в первом отделении представили две пары – Евгения Образцова с Владимиром Шкляровым станцевали пдд из «Спящей красавицы», 



Олеся Новикова с Михаилом Лобухиными – пдд из «Дон Кихота», а ещё Ирма Ниорадзе вышла в уже поднадоевшем «Лебеде» в огромной пачке, из которой клочьями торчали страусиные (а может то был марабу?) перья. В первой паре мягкими высокими прыжками на меня произвел впечатление Шкляров, а во второй своей устойчивостью и апломбом – Новикова (она, правда, ошиблась в фуэте).

Если не считать Илзе, то у Мариинки с Большим были равные условия по количеству номеров в концерте. Большой выделил лучшие силы – троих самых лучших и звездных премьеров: Андрея Уварова, Сергея Филина, Николая Цискаридзе (в алфавитном порядке), дав первым двум удачных партнёрш – Нелли Кобахидзе и Екатерину Шипулину, а так же своё «лицо» - Светлану Захарову.

Фил с Шипулиной легко станцевал адажио из «Лебединого озера», и я поняла, что соскучилась по этому классическому принцу. Уваров же с Кобахидзе исполнили целое жизельное пдд 2-го акта. Во-первых, это, если я не ошибаюсь, второе явление на сцену Уварова после травмы, причем, полученной именно в таком пдд. Во-вторых, я еще не видела Жизель Кобахидзе даже кусочком, но очень жду её дебюта в этой партии - Нелли в этом отрывке мне понравилась чрезвычайно. И вообще, какие же у нас красивые артисты в театре!

Захарова в очередной раз «откатала» Revelation с чувством, ярко и впечатляюще. Этот номер великолепно ложится на ее уникальные физические данные.

Неожиданным бонусом стало выступление Кристины Кретовой и Максима Афанасьева в па де сис из «Эсмеральды», просмотренной накануне – в программке их имена заявлены не были.

И ещё в первом отделении были два не совсем классических номера. «Лебедя» на музыку из «Кармины Бураны» в хореографии Д.Нахата исполнил Рамон Тьелен - темнокожий танцовщик Гарлем балета, обладающий великолепным фактурным телом и умеющий играть красиво вылепленными мышцами. 







Во втором отделении он исполнил еще один номер – «Реки» (хор. Д.Макэлей). Две вещи разные по пластике, но в каждой артисту удалось передать особенности образа – то резкие, то плавные птичьи движения в первом и текучие, пластичные – во втором.

Кроме того, в этой части концерта вновь вышла на сцену Илзе Лиепа, которая станцевала танго с Педро Бенавенте. На экране за колоннами в это время показывали видеоролик, кторый был снят в 1993 г. То ли время даёт уже о себе знать, то ли ухищрения видеокамеры столь замечательны, но смотреть этот номер в натуре было грустно – слегка раздавшийся танцор танго ворочал не слишком экспрессивную Илзе, словно бревно.

Совсем иначе Илзе выглядит в «Пиковой даме», фрагмент из которой был показан в начале второго отделения. 



(Остальные картинки "Пиковой дамы")

Больше всего я бы хотела увидеть Николая Цискаридзе в «Кармен», но если уж ему суждено было танцевать в дуэте с Илзе, то логичнее было бы исполнить что-то из «Синего бога» (проекта Фонда им. Мариса Лиепы) или, по крайней мере, из «Шехеразады». Впрочем, если исходить из интересов Лиепы, то образ Графини у неё, конечно, во сто крат лучше Шехеразады. Но меня всегда удивляет, как им обоим удается в таком небольшом кусочке передать всю полноту эмоций, разворачивающихся в этом балете. И уже хочется его посмотреть снова.

В современном отделении были куски из «Музея Оскара Шлеммера» и «Города без слов» Егоря Дружинина, в котором вышла всё та же Илзе, но в самом начале отрывка – Геннадий Янин (его в программке не указали, а жаль), а также обкромсанная «Бхакти» с Фарухом Рузиматовым и Софьей Гумеровой». Но любопытнее всего было посмотреть на красавчика Роберто Болле в Килиане и, конечно же на Владимира Деревянко.

Килиан был хорош для «подружки» Болле – Греты Ходжкинсон, чьи движения были острыми и четкими. Сам же красавец итальянец был, на мой взгляд, крупноват и мягковат руками для этой хореографии - у меня в мыслях даже возникла некоторая аналогия с Цискаридзе в Форсайте. Одетый в высокие «бандажные» трусы, Болле кажется совсем обнаженным, причём, как-то бесстыдно, чрезмерно эротично. Удивительно, но его партнёрша, одетая в такой же купальник, такого впечатления не производит.

В середине отделения было главное для меня блюдо – Деревянко в «Жар-птице» Уве Щольца. Для своего возраста, а ему сейчас 47 лет, он выглядит очень хорошо, мало того, очень хорошо танцует, конечно, не так, как в молодости, чуть тяжеловато, но сохранив грацию, высоту прыжка и полупальцев, уникальную растяжку и гибкость. Наблюдая его танец, я поймала себя на мысли, что он мне напоминает то Цискаридзе в «Нарциссе» и даже «Кармен», то Гуданова в «Журавле», хотя никогда не сравнивала этих двух танцовщиков в силу огромной разницы в их характерах, артистизме и сценическом воплощении ролей. Этот Жар-птиц переплюнул многих исполнительниц женской партии, умудрившись передать и птичью крылатость, и свободолюбие сказочного создания природы.

Конечно, в конце концерта уже почти забылось, по какому поводу мы все здесь собрались, но за одно то, что все, кого звали, пришли-приехали, да еще и хорошо станцевали, можно сказать спасибо и клану Лиепы, и всем, кто им помогал.